Когда вы вызываете на дом частную службу для обработки квартиры от тараканов, — вы участвуете в финале истории, которая началась примерно за сто лет до этого момента в эшелонах с тифозными беженцами, в холерных бараках и в степных аулах Уральской губернии, где целые поселения вымирали за месяц.
Дезинфекция, дезинсекция и дератизация — то, что сегодня в маркетинге упрощают до аббревиатуры «СЭС-услуги», — это технологии, которые появились на свет не в офисах сервисных компаний, а в условиях демографической катастрофы. И прежде чем стать товаром, они были инструментом выживания государства. Эта статья — попытка проследить весь путь: от медицинских департаментов Российской империи и первых противочумных лабораторий в уральских степях, через декрет Совнаркома 1922 года и систему советских санэпидстанций, через специфику Казахской ССР с её чумными очагами и Семипалатинским полигоном, к Восточно-Казахстанской области, к Усть-Каменогорску и наконец — к рынку частных компаний 2020-х годов.
Источники для каждого утверждения указаны по ходу текста и собраны в финальной библиографии.

В Российской империи XIX века санитарной службы как единого ведомства не существовало. Вопросами карантинов, борьбы с заразными болезнями и базового санитарного надзора занимался Медицинский департамент Министерства полиции — городские и уездные врачи совмещали эти задачи с судебно-медицинской работой. Это означало, что эпидемии, которые регулярно прокатывались по империи, встречали сопротивление в виде разрозненных мер, чаще всего реактивных: оцепить, изолировать, по возможности захоронить.
Первой относительно современной структурой стала московская «временная санитарная комиссия», созданная в 1866 году в составе 17 санитарных врачей. В 1884 году она стала постоянной. В Санкт-Петербурге аналогичная комиссия появилась в 1896 году. К 1913–1914 годам в 73 городах и 40 губерниях работали санитарные комиссии или бюро, но занимались они в основном статистикой — собирали данные о смертности и заболеваемости, не имея реальных полномочий вмешиваться в санитарное состояние городов и сёл (источник: ТАСС, «Досье: История санитарно-эпидемиологической службы», tass.ru/spravochnaya-informaciya/695181).
Цифры говорят красноречивее слов. В 1912 году в империи было зарегистрировано около 13 миллионов инфекционных больных — около 7% всего населения (источник: «Узнай Россию», ru.rbth.com/read/794-sanepid-service-ussr). Канализация на момент 1913 года имелась лишь в 23 крупных городах, большинство населения пило воду, непригодную по бактериологическим показателям (БСЭ, статья «СССР. Здравоохранение»). А врачей физически не хватало: в среднем по империи один врач приходился на 5656 человек, но на территории нынешнего Казахстана — один на 23 000 жителей.

Если есть точка, с которой имеет смысл начинать казахстанскую часть истории, — это эпидемия чумы в Уральской губернии в начале XX века. Чума возвращалась в эти места регулярно: вспышки 1905–1906 годов, затем 1923–1924-х, потом 1950-х. Но самой страшной стала эпидемия начала XX века (источник: «Чума в уральской степи. Как это было», caravan.kz, 2015).
В январе 1901 года в ауле Текебай-Тюбек (Казталовский район нынешней Западно-Казахстанской области) от чумы за полтора месяца погибло всё население — 151 человек. Тогда же впервые в Казахстане был выделен возбудитель чумы от умершего человека.
Усилиями выдающегося микробиолога Даниила Заболотного, ученика Ильи Мечникова, в 1912–1913 годах в посёлках Новая Казанка, Джамбейта, Красный Кут и Калмыково были открыты противочумные лаборатории. А осенью 1914 года в Уральске была создана Центральная противочумная лаборатория — событие, положившее начало официальной истории противочумной службы Казахстана. Доктор медицины А. В. Генке был командирован в Уральскую губернию и в течение четырёх лет руководил противочумным делом, лично выезжая на все вспышки и оставаясь в очагах до их ликвидации (источник: «Чума в Уральской губернии (1904–1924 гг.). Часть I», e-history.kz).
Это была фактически первая в регионе специализированная служба, занимавшаяся не лечением заболевших, а выявлением и уничтожением очагов инфекции — то есть именно тем, что мы сегодня называем дезинфекцией и дератизацией в их научном понимании. До этого момента «дезинфекция» в массовом сознании сводилась к окуриванию помещений серой и обливанию вещей хлоркой; противочумная служба впервые внедрила систему: обследование территорий, отлов и анализ грызунов, картирование очагов, профилактическая обработка.

Молодая советская власть унаследовала ситуацию, которая в современных терминах называлась бы биологической катастрофой. По неполным данным, с 1917 по 1922 год сыпным тифом переболели около 20 миллионов человек, с 1919 по 1923 год возвратным тифом — около 10 миллионов. За 1918–1919 годы было зарегистрировано около 65 тысяч случаев холеры, в 1919 году создалась реальная угроза эпидемии натуральной оспы (источник: БСЭ, «СССР. Здравоохранение»).
В 1921–1922 годах разразился голод в Поволжье и Казахстане. В отчёте Казнаркомздрава за 1920 год значились: 35 572 случая малярии, 16 591 — брюшного тифа, 11 447 — дизентерии, 6186 — цинги, 2575 — оспы. За один январь 1922 года в Казахстане было зарегистрировано более 46 тысяч случаев тифозных заболеваний (источник: vlast.kz, «Голод, эпидемии и вакцинация: медицина в Казахстане 100 лет назад»).

15 сентября 1922 года Совет Народных Комиссаров РСФСР издал декрет «О санитарных органах Республики». Документ узаконил систему государственного санитарного надзора, определил права и обязанности санитарных органов и заложил основу для создания специализированных санитарно-профилактических учреждений — санитарно-эпидемиологических станций (источник: rospotrebnadzor.ru, «Довоенный период»).
Первая в СССР санэпидстанция была открыта по инициативе Гомельского санэпидотдела — 27 октября 1922 года в Гомеле (Белорусская ССР). Эта дата — 15 сентября 1922-го — до сих пор отмечается как день рождения санитарно-эпидемиологической службы.
Что важно понимать про сам декрет: до него санитарное дело было совокупностью разрозненных усилий — секций, подотделов, временных комиссий. Декрет впервые ввёл единое ведомство с государственными функциями. Структурно к концу 1920-х в систему уже включали:

• санитарно-эпидемиологические станции (СЭС);
• бактериологические лаборатории;
• дезинфекционные станции и пункты;
• малярийные станции и отряды;
• противочумные учреждения;
• бруцеллёзные станции.

Постановления СНК РСФСР от 19 февраля и 8 октября 1927 года значительно расширили функции санитарных органов и закрепили дифференцированные нормативы по обеспечению районов санитарными кадрами, бактериологическими лабораториями и дезинфекционными станциями — впервые в нормативном акте дезстанции упоминаются как самостоятельный элемент системы (источник: fbu3hmao.ru, «История санитарной службы РФ»).

Ключевая дата для специально дезинфекционной истории — 1931 год. При Ленинградской дезинфекционной станции был создан «отдел профилактических дезинфекционных работ». Инициатором и первым руководителем стал Я. Л. Окуневский (1877–1940) — выдающийся дезинфектолог, заслуженный деятель науки СССР, доктор медицинских наук, профессор. Именно Окуневский был пионером и автором внедрения методики газовой дезинсекции хлорпикрином и жидким сернистым ангидридом в практику. В первый же год работы газовая дезинсекция была проведена на 1,5 миллиона объектов (источник: profdez.ru, «Летопись АО "Станция профилактической дезинфекции"»).
Это переломный момент: до 1931 года дезинфекция была преимущественно «очаговой» — реактивной мерой в ответ на возникшую вспышку. С появлением профилактического отдела в Ленинграде впервые системно сформулирована задача предотвращения заражения, а не только реагирования на него. В 1938 году отдел был присоединён к вновь созданному «Управлению профилактических дезинфекционных работ»; до 1941 года оно подчинялось Государственной санитарной инспекции Ленинграда, в 1941–1949 — Противоэпидемическому управлению городского отдела здравоохранения. В 1988 году отдел был выведен из состава «Ленинградской городской дезинфекционной станции» и преобразован в самостоятельное хозрасчётное учреждение — современную «Станцию профилактической дезинфекции».

20–26 мая 1932 года Госплан СССР провёл Всесоюзную конференцию по планированию здравоохранения. На основании докладов А. Н. Сысина и А. Н. Марзеева было принято решение о повсеместной организации санитарно-эпидемиологических станций как самостоятельных постоянно действующих учреждений санэпидслужбы, состоящих на государственном бюджете.
23 декабря 1933 года постановлением ЦИК и СНК СССР № 85/2740 «Об организации Государственной санитарной инспекции» при сохранении СЭС была создана Государственная санитарная инспекция (ГСИ), осуществлявшая общее руководство и предупредительный санитарный надзор. 26 июля 1935 года вышло постановление «О создании Всесоюзной Государственной санитарной инспекции (ВГСИ)» при СНК СССР. Впервые предусматривалось, что при ВГСИ будут состоять научно-исследовательские учреждения. Возглавил её Г. Н. Каминский (1895–1938) — фигура трагической судьбы: репрессирован в 1937 году.
К 1940 году в СССР действовали:

• 1958 санэпидстанций (из них 1150 — с собственными бактериологическими лабораториями);
• 787 дезинфекционных и 1929 малярийных станций, пунктов и отрядов;
• 47 бруцеллёзных станций;
• 49 противочумных учреждений.

Всего в санитарно-эпидемиологической службе работало 11 120 врачей, в том числе 4390 санитарных, 2260 эпидемиологов, 3401 бактериолог и 1070 маляриологов (источник: rospotrebnadzor.ru, «Довоенный период»).
Эффект системы был очевиден: если в 1922 году в стране было зарегистрировано 76 617 случаев натуральной оспы, то к 1936 году в результате обязательной вакцинации, начатой ещё в 1919-м, оспа была ликвидирована на всей территории СССР. Заболеваемость сыпным тифом снизилась с 1 396 973 случаев в 1922 году до спорадических случаев в 1940 году.

В 1929 году на территории левобережья Илийской котловины, где имела место вспышка чумы, была организована Алма-Атинская противочумная лаборатория — наряду с противочумными обследовательскими отрядами при Краевом санитарно-бактериологическом институте им. Казахского ЦИК (источник: nscedi.kz, «История»). С этой даты ведёт свою историю Национальный научный центр особо опасных инфекций имени Масгута Айкимбаева.
В 1924 году была создана Казахстанская станция защиты растений с зоологической секцией, а в 1929-м — Противочумная станция в Алма-Ате с «ячейкой медицинских зоологов». Это редкая ситуация: медицинская и сельскохозяйственная зоология развивались параллельно, потому что переносчики и резервуары инфекций (суслики, тарбаганы, песчанки) интересовали обе ветви науки одновременно (источник: zool.kz, «История Института зоологии»).
В 1935 году Алма-Атинская лаборатория была преобразована в Алма-Атинскую противочумную станцию. В Казахстане в 1930–1940-е годы постепенно формируется сеть учреждений: Туркменская противочумная станция (1935), Киргизская (1938), Уральская и другие — все они впоследствии будут объединены в единую среднеазиатскую систему.

Великая Отечественная война стала для санэпидслужбы СССР испытанием на прочность. Миграция миллионов людей, разрушенная инфраструктура, лагеря беженцев, эвакуированные заводы — всё это создавало идеальные условия для эпидемий дизентерии, малярии, сыпного тифа и вирусного гепатита.
В срочном порядке были созданы санитарно-эпидемиологические отряды, инфекционные госпитали и обмывочно-дезинфекционные роты, действовавшие как в частях Красной армии, так и на освобождённых территориях (источник: ru.rbth.com, «Как СССР создал лучшую в мире санитарно-эпидемиологическую службу»).
В Казахстан, и в частности в Восточно-Казахстанскую область, осенью 1941 года начали прибывать эвакуированные предприятия и беженцы. В Усть-Каменогорск был эвакуирован Симферопольский мотороремонтный завод; осенью 1942 года — оборудование завода «Электроцинк» из города Орджоникидзе (источник: ru.wikipedia.org, статья «Усть-Каменогорск»). Это означало резкое увеличение населения, перегрузку коммунальной инфраструктуры и колоссальный объём работы для санитарных служб.
В отсутствие промышленно производимых дезсредств санэпидстанции вынуждены были импровизировать. Так, на Урале комитет учёных при Магнитогорском комитете партии разработал «препарат №11» (типа лизола), который проходил апробацию в бактериологической лаборатории санэпидстанции Магнитогорска и вырабатывался на коксохимическом производстве (источник: fbuz-74.ru, «О деятельности санэпидслужбы в годы войны»). Похожие импровизации применялись повсеместно.

1 января 1949 года, приказом МЗ СССР № 739 от 9 декабря 1948 года, Алма-Атинская противочумная станция была преобразована в Среднеазиатский научно-исследовательский противочумный институт (САНИПЧИ). Возглавил его Мухамедрахим Куандыкович Тлеугабылов — один из первых выпускников Казахского государственного медицинского института (источник: nscedi.kz; exclusive.kz).
САНИПЧИ стал научно-методическим центром для противочумных учреждений всех республик Средней Азии и Казахстана. К концу 1960-х под его методическим руководством оказалась практически вся противочумная служба региона: Киргизская (1938), Туркменская (1935), Нукусская (1949), Узбекская (1950), Таджикская (1956) станции. К 1970 году САНИПЧИ осуществлял научно-методическое руководство 18 противочумными станциями: 11 территориальными ПЧС, 4 системы Министерства путей сообщения и 3 третьего управления Минздрава СССР (последние — закрытые «атомные» станции в Аксуеке, Учкудуке и медсанчасти 104 города Актау).
С 1962 по 1987 год директором института был Масгут Айкимбаев — фигура, значение которой для казахстанской науки сложно переоценить. Институт под его руководством стал не только центром изучения чумы, туляремии, бруцеллёза и холеры, но и базой производства медицинских иммунобиологических препаратов: диагностических чумных, псевдотуберкулёзного и холерных бактериофагов. Этими препаратами Казахстан обеспечивал весь СССР, а через ВОЗ — десятки стран мира.
Чумные эпидемии в этот период были далеко не редкостью. С 1920 по 1989 год в СССР чумой заболели 3639 человек, умерли 2060 (источник: «Совершенно секретно», sovsekretno.ru). До войны от чумы умирали сотни ежегодно; с появлением сульфидина и противочумной сыворотки в середине 1940-х смертность исчислялась десятками; с конца 1950-х, когда стал применяться стрептомицин, — единицами. Но вспышки случались: 1947–1948 — Астраханская область, Казахстан; 1953, 1955, 1958 — Средняя Азия; 1981 — Кызылкумы, Узбекистан, Казахстан.

В Казахской ССР, как и в других союзных республиках, санэпидслужба строилась по иерархической вертикали. После постановления Совета Министров СССР от 29 октября 1963 года № 1107 «О государственном санитарном надзоре в СССР» структура была восстановлена и закреплена. Возглавлял систему Главный государственный санитарный врач СССР — заместитель министра здравоохранения СССР; в каждой союзной республике действовало аналогичное Главное санитарно-эпидемиологическое управление.
Конкретно в Казахской ССР структура к концу советского периода выглядела так (согласно Положению о Государственной санитарно-эпидемиологической службе РК, утверждённому в 1995 году и фиксировавшему доставшуюся в наследство от СССР схему):

• Главное санитарно-эпидемиологическое управление Министерства здравоохранения;
• Казахская республиканская санэпидстанция;
• областные, городские и районные санэпидстанции;
• санэпидстанции на железнодорожном и воздушном транспорте;
• противочумные учреждения;
• Республиканское объединение «Дезинфекция» с областными подразделениями;
• городские и районные дезинфекционные станции на хозрасчёте.

Республиканское объединение «Дезинфекция» осуществляло организационно-методическое руководство областными объединениями, разрабатывало планы развития, организовывало научные исследования, проводило апробацию новых препаратов, обеспечивало подготовку кадров на курсах повышения квалификации (источник: adilet.zan.kz, П950000547, «Положение о ГСЭС РК»).
Ключевой документ союзного уровня — приказ Минздрава СССР от 3 сентября 1991 года № 254 «О развитии дезинфекционного дела в стране» — фиксирует на исходе советской эпохи всю структуру: дезинфекционные отделы (отделения) санэпидстанций; самостоятельные дезстанции; дезинфекторы лечебных учреждений; курсы подготовки дезинфекторов и инструкторов-дезинфекторов; дезинфекционные лаборатории при республиканских НИИ эпидемиологического профиля. Приказ требовал к 1995 году привести размещение дезинфекционных подразделений в соответствие с требованиями техники безопасности и ввести с 1993 года аттестацию биологов и инструкторов-дезинфекторов (источник: zakonbase.ru).

В Казахской ССР, как и в других союзных республиках, санэпидслужба строилась по иерархической вертикали. После постановления Совета Министров СССР от 29 октября 1963 года № 1107 «О государственном санитарном надзоре в СССР» структура была восстановлена и закреплена. Возглавлял систему Главный государственный санитарный врач СССР — заместитель министра здравоохранения СССР; в каждой союзной республике действовало аналогичное Главное санитарно-эпидемиологическое управление.
Конкретно в Казахской ССР структура к концу советского периода выглядела так (согласно Положению о Государственной санитарно-эпидемиологической службе РК, утверждённому в 1995 году и фиксировавшему доставшуюся в наследство от СССР схему):

• Главное санитарно-эпидемиологическое управление Министерства здравоохранения;
• Казахская республиканская санэпидстанция;
• областные, городские и районные санэпидстанции;
• санэпидстанции на железнодорожном и воздушном транспорте;
• противочумные учреждения;
• Республиканское объединение «Дезинфекция» с областными подразделениями;
• городские и районные дезинфекционные станции на хозрасчёте.

Республиканское объединение «Дезинфекция» осуществляло организационно-методическое руководство областными объединениями, разрабатывало планы развития, организовывало научные исследования, проводило апробацию новых препаратов, обеспечивало подготовку кадров на курсах повышения квалификации (источник: adilet.zan.kz, П950000547, «Положение о ГСЭС РК»).
Ключевой документ союзного уровня — приказ Минздрава СССР от 3 сентября 1991 года № 254 «О развитии дезинфекционного дела в стране» — фиксирует на исходе советской эпохи всю структуру: дезинфекционные отделы (отделения) санэпидстанций; самостоятельные дезстанции; дезинфекторы лечебных учреждений; курсы подготовки дезинфекторов и инструкторов-дезинфекторов; дезинфекционные лаборатории при республиканских НИИ эпидемиологического профиля. Приказ требовал к 1995 году привести размещение дезинфекционных подразделений в соответствие с требованиями техники безопасности и ввести с 1993 года аттестацию биологов и инструкторов-дезинфекторов (источник: zakonbase.ru).

Чтобы понять, как формировалась санэпидслужба в Восточном Казахстане, нужно держать в голове административную историю региона. Восточно-Казахстанская область была образована 20 февраля 1932 года с центром в Семипалатинске, в составе 21 района. 14 октября 1939 года из неё была выделена отдельная Семипалатинская область, а административный центр уменьшенной ВКО был перемещён в Усть-Каменогорск (источник: ru.wikipedia.org, статья «Восточно-Казахстанская область»).
Это значит, что собственно «усть-каменогорская» санэпидструктура как структура областного центра существует с 1939 года. До этого Усть-Каменогорск был уездным/окружным городом, и санитарные функции выполняли врачи общего профиля и небольшие санитарные ячейки.
В 1997 году в состав ВКО была вновь включена территория упразднённой Семипалатинской области; в мае 2022 года из ВКО была выделена область Абай. Эти укрупнения и разделения каждый раз перекраивали структуру санэпидслужбы.

Усть-Каменогорск — это центр цветной металлургии. В 1939 году началось строительство Усть-Каменогорской ГЭС; в 1943-м — свинцово-цинкового комбината. Затем — Ульбинский металлургический завод (включая редкие и радиоактивные металлы), целая система гидроэлектростанций по Иртышу, мощная теплоэнергетика. Атмосфера города содержит побочные продукты производства тяжёлых металлов: диоксиды азота и серы, цинк, кадмий, мышьяк, бериллий, фенол, бензол. И — отдельно — следы радиационного загрязнения.
Промышленный профиль ВКО создавал для санитарно-эпидемиологической службы особую нагрузку: дело было не только в борьбе с инфекционными заболеваниями (хотя малярия в Иртышской пойме и кишечные инфекции в рабочих посёлках были частым гостем), но и в гигиене труда, контроле за выбросами, охране водоёмов.
В начале 1970-х санитарно-эпидемиологическая служба СССР получила широкие полномочия в сфере охраны внешней среды от загрязнений: ни одно промышленное предприятие в стране не могло быть запущено в эксплуатацию без наличия очистных сооружений, ни один населённый пункт не мог быть заложен без соблюдения санитарных норм (источник: ru.rbth.com).

Это та глава, без которой история санэпиднадзора на востоке Казахстана не имеет смысла. Семипалатинский испытательный ядерный полигон, открытый в 1947 году и проработавший до 1989-го, был расположен на стыке трёх областей: Семипалатинской (ныне Абайской), Павлодарской и Карагандинской. Его территория — около 18 500 км². За 40 лет на полигоне было проведено 468 ядерных взрывов; за пределы полигона вышли радиоактивные облака 55 воздушных и наземных взрывов и газовая фракция 169 подземных испытаний.
Постановлением правительства РК № 172 от 7 февраля 1996 года земли бывшего полигона переведены в состав земель запаса: Карагандинской области — 131,7 тыс. га, Павлодарской — 706 тыс. га, Восточно-Казахстанской — 978,9 тыс. га (источник: ru.wikipedia.org, статья «Семипалатинский испытательный полигон»).
Поразительный, но малоизвестный эпизод: в августе 1956 года в результате наземного испытания на полигоне более 600 жителей города Усть-Каменогорска (расположенного примерно в 400 км к востоку от полигона) были доставлены в больницы с радиационным облучением. Записей о том, сколько людей погибло, не сохранилось (источник: the-steppe.com).
Это означает, что санитарно-эпидемиологическая служба ВКО с 1950-х годов работала в условиях, когда классическая инфекционная борьба дополнилась радиационной гигиеной. По инициативе академиков АМН СССР А. А. Летавета и Ф. Г. Кроткова в 1957 году в системе санэпидслужбы была создана сеть радиологических лабораторий; научное руководство в РСФСР было возложено на радиологический отдел НИИ гигиены имени Ф. Ф. Эрисмана и на вновь созданный Ленинградский институт радиационной гигиены (источник: rpn100.ru). Аналогичные структуры формировались и в Казахской ССР — в первую очередь именно в восточных областях.
В мае 1992 года, уже после закрытия полигона, был создан Институт радиационной безопасности и экологии (ИРБЭ), занявший помещения бывшего штаба Семипалатинского полигона. Он играет основную роль в радиационном мониторинге территории до сегодняшнего дня (источник: russiancouncil.ru).

1991 год — это перелом для санэпидслужбы по всему постсоветскому пространству. Сразу несколько процессов идут параллельно:

1. 3 сентября 1991 года Минздрав СССР издаёт приказ № 254 «О развитии дезинфекционного дела в стране» — фактически последний крупный союзный документ, регулирующий дезинфекционную сферу. В нём впервые на уровне приказа закрепляется возможность участия в заключительной дезинфекции не только специализированных учреждений, но и медицинского персонала ЛПУ, детских учреждений и даже населения (в малонаселённых благоустроенных квартирах). Это — первое признание того, что государственная дезинфекционная служба физически не может покрыть все потребности и часть работы будет выполняться децентрализованно.
2. В РСФСР принят первый закон «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (1991), ставший прообразом для законодательств других республик.
3. Противочумная служба Казахстана переходит из союзного подчинения в юрисдикцию Министерства здравоохранения Республики Казахстан. В январе 1992 года, постановлением Кабинета министров РК № 742 от 28 ноября 1991 года и приказом Минздрава РК № 45 от 28 января 1992 года, Среднеазиатский противочумный институт МЗ СССР преобразован в Казахский противочумный научно-исследовательский институт (КПНИИ). Параллельно проведена реорганизация — ликвидированы ведомственные противочумные службы (источник: nscedi.kz).
4. В 1992 году вспыхнула эпидемия холеры в Шымкентской области, затем массовый завоз холеры «челноками» в Алматы. Это было первое серьёзное испытание для уже самостоятельной казахстанской санэпидслужбы — и она прошла его, хотя и в условиях острого дефицита диагностических препаратов из-за распада единой советской системы.

В Казахстане санэпидслужба после 1991 года прошла через серию реорганизаций, которые отражают общие тенденции постсоветского управления — поиск оптимальной модели между централизацией и децентрализацией.
Ключевые этапы:

• 1994 — принят Закон Республики Казахстан «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», введший правовые основы санэпиднадзора как самостоятельной государственной функции (adilet.zan.kz, Z940002000).
• 1995 — утверждено Положение о Государственной санитарно-эпидемиологической службе РК (постановление Кабинета министров № 547), закрепившее структуру с Республиканским объединением «Дезинфекция» и иерархией областных, городских и районных СЭС.
• 2001 — Казахский противочумный НИИ переименован в Казахский научный центр карантинных и зоонозных инфекций (КНЦКЗИ) им. М. Айкимбаева.
• 2009 — принят Кодекс РК «О здоровье народа и системе здравоохранения», ставший основным регулирующим документом отрасли.
• 2020 — постановлением правительства РК от 22 сентября создан отдельный Комитет санитарно-эпидемиологического контроля Министерства здравоохранения РК. Ему подчинено Республиканское государственное предприятие на праве хозяйственного ведения «Национальный центр экспертизы», ставшее основной экспертно-лабораторной структурой в области санэпиднадзора (camonitor.kz; rus.azattyq-ruhy.kz).
• 2022 — приказом министра здравоохранения РК № ҚР ДСМ-68 от 29 июля 2022 года утверждены новые Санитарные правила «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и проведению дезинфекции, дезинсекции и дератизации». С 5 октября 2022 года они заменили прежний приказ № ҚР ДСМ-8 от 28 августа 2018 года — известный в профессиональной среде как «8-й приказ».
• В Восточно-Казахстанской области сегодня действует Департамент санитарно-эпидемиологического контроля ВКО (расположен в Усть-Каменогорске на проспекте Нурсултана Назарбаева, 17), Усть-Каменогорское городское управление санэпидконтроля (улица 30-й Гвардейской дивизии, 22), а также филиал РГП на ПХВ «Национальный центр экспертизы» по ВКО (источник: 2gis.kz, vko.nce.kz).

Здесь и начинается, собственно, то, что обыватель называет «компанией по дезинфекции».
В советской системе сама постановка вопроса «частная компания дезинфекции» была невозможна. Дезинфекционные станции были государственными хозрасчётными учреждениями, занимавшимися как профилактической, так и очаговой работой по заказам учреждений и предприятий. Гражданин, у которого в квартире завелись клопы или тараканы, мог либо обратиться в районную СЭС (которая по эпидпоказаниям приходила бесплатно), либо справиться сам — дустом, серной шашкой, керосином.
Уже в 1990-е в Казахстане начинают появляться первые частные ТОО, специализирующиеся на дезинфекции. По собственным данным компаний, которые сегодня видны на рынке, первые игроки начали работу в 1995-1997 годах. Это типичный момент прихода рыночных отношений в сферу, ранее монопольно государственную.
К середине 2010-х в крупных городах Казахстана сформировался полноценный рынок дезинфекционных услуг. В 2020-х он окончательно структурирован:
Что регулирует рынок. Базовый документ — приказ министра здравоохранения РК № ҚР ДСМ-68 от 29 июля 2022 года. Он устанавливает санитарно-эпидемиологические требования ко всем субъектам, оказывающим услуги дезинфекции, дезинсекции и дератизации, независимо от формы собственности. Это значит, что частная компания обязана соблюдать те же стандарты, что и государственные структуры. С 1 января 2025 года, согласно изменениям в законодательстве, для коммерческой деятельности в этой сфере обязательна лицензия нового образца, выдаваемая Комитетом санэпидконтроля МЗ РК (источник: asdez.kz).
Что должна делать компания. По правилам, специалисты, работающие с дезсредствами (дезинструктор, дезинфектор, дератизатор), каждые 5 лет проходят профессиональную подготовку, ежегодно — инструктаж по технике безопасности и оказанию первой помощи при отравлении дезсредствами. По итогам работы заказчик должен получить пакет документов: договор, акт выполненных работ, копии сертификатов на использованные препараты, копии удостоверений дезинфекторов, свидетельство о прохождении обработки для предъявления в Комитет санэпидконтроля. На препараты должны иметься регистрационные удостоверения РК или Евразийского экономического союза.
Что предлагает рынок. Услуги обычно делятся на три классических направления:

• дезинфекция — уничтожение возбудителей инфекционных и паразитарных заболеваний;
• дезинсекция — уничтожение членистоногих (тараканы, клопы, муравьи, блохи, мухи, комары, клещи);
• дератизация — уничтожение грызунов.

К ним добавились и более новые услуги: фумигация, дезодорация, акарицидная и гербицидная обработка, дезинфекция систем вентиляции и кондиционирования, обработка водоёмов, уничтожение клещей на придомовых территориях.
В Усть-Каменогорске по состоянию на 2025–2026 насчитывается около 20 организаций, оказывающих услуги дезинфекции, дезинсекции и дератизации. Большинство из них имеют физические адреса в городе и работают по лицензиям, выданным РГУ «Департамент санитарно-эпидемиологического контроля Восточно-Казахстанской области».

То, что сегодня существует в Казахстане, — это двухконтурная система.
Государственный контур (санитарно-эпидемиологический надзор):

• Комитет санэпидконтроля МЗ РК и его территориальные департаменты (по областям, в том числе ВКО, и городам Астана, Алматы, Шымкент);
• РГУ «Усть-Каменогорское городское управление санэпидконтроля» и аналогичные структуры на районном уровне;
• РГП на ПХВ «Национальный центр экспертизы» с филиалами в каждой области (включая ВКО) — выполняет лабораторные исследования, экспертизу факторов среды обитания, гигиеническое обучение;
• Специализированные учреждения: Уральская противочумная станция, Атырауская, Аральская, Кызылординская, Мангистауская, Талдыкорганская, Шымкентская противочумные станции, ныне в большинстве — филиалы РГП на ПХВ ННЦООИ им. М. Айкимбаева;
• Республиканские научные центры: ННЦООИ им. М. Айкимбаева, Научно-практический центр санитарно-эпидемиологической экспертизы и мониторинга (rk-ncph.kz), Казахский научный центр дерматологии и инфекционных заболеваний.

Коммерческий контур (услуги для бизнеса и населения):

• Лицензированные ТОО по дезинфекции, дезинсекции и дератизации;
• Поставщики дезсредств и расходных материалов;
• Учебные центры, проводящие профессиональную подготовку специалистов.

Государственный контур занимается надзором, экспертизой, противоэпидемическими мероприятиями в очагах и в зонах ЧС. Коммерческий контур — рутинной обработкой объектов: квартир, кафе, складов, школ, детских садов, гостиниц, больниц (по контрактам), пассажирского транспорта, систем вентиляции, придомовых территорий.

Если посмотреть на эту структуру внимательно, видно, насколько глубоко в неё «вшита» советская архитектура:

• Терминология — «дезинфектор», «дезинструктор», «очаговая дезинфекция», «профилактическая дезинфекция», «текущая дезинфекция» — это лексика приказа Минздрава СССР № 254 от 1991 года, перекочевавшая в казахстанский приказ № ҚР ДСМ-68 от 2022 года практически без изменений.
• Иерархия учреждений — Республиканский центр → областной департамент → городское/районное управление — это копия советской иерархии «Республиканская СЭС → областная СЭС → городская/районная СЭС».
• Противочумная служба — существует ровно в той же логике научно-методического руководства из единого центра, что и САНИПЧИ в советские годы. Просто теперь центр называется ННЦООИ им. М. Айкимбаева, а руководит он не всем СССР, а только Казахстаном.
• Профессиональная подготовка — пятилетний цикл переподготовки дезинфекторов, ежегодный инструктаж по технике безопасности — это прямой потомок советских курсов повышения квалификации при дезстанциях.

При этом изменилось тоже многое:

• Экономическая модель. Дезинфекция перестала быть монопольной государственной услугой и стала рыночным товаром.
• Технологии. Газовая дезинсекция хлорпикрином, которой в 1931 году гордился Окуневский, давно ушла в прошлое. Современная обработка использует пиретроиды, неоникотиноиды, фосфорорганические соединения, биологические препараты, УФ-облучение, генераторы холодного и горячего тумана, ультразвук, феромонные ловушки.
• Профилактический сдвиг. Если в 1920-е годы дезинфекция была реакцией на эпидемию, то сейчас доминирует превентивный подход — пест-контроль на пищевых производствах, профилактическая обработка детских садов, регулярное обслуживание складов.
• Документация и прозрачность. Электронные лицензии, открытые реестры (egov.kz, prg.kz), возможность для заказчика проверить контрагента и наличие лицензии — это абсолютно новый феномен, появившийся уже в 2010–2020-е годы.

Сводная хронология, в которой пересекаются общесоюзная, казахстанская и восточно-казахстанская линии:

• 1866 — создание первой в России городской санитарной комиссии в Москве (17 врачей).
• 1901 — впервые в Казахстане выделен возбудитель чумы от умершего человека (аул Текебай-Тюбек).
• 1912–1913 — открытие первых противочумных лабораторий в посёлках Уральской губернии под руководством Д. Заболотного.
• 1914 — создание Центральной противочумной лаборатории в Уральске; начало истории противочумной службы Казахстана.
• 1918 — образование санитарно-эпидемиологической секции в составе Наркомздрава РСФСР.
• 1919 — создание санитарно-эпидемиологических подотделов в местных Советах.
• 15 сентября 1922 — декрет СНК РСФСР «О санитарных органах Республики». День рождения санэпидслужбы.
• 27 октября 1922 — открытие первой в СССР санэпидстанции в Гомеле.
• 1929 — создание Алма-Атинской противочумной лаборатории.
• 1931 — открытие отдела профилактических дезинфекционных работ при Ленинградской дезстанции (Я. Л. Окуневский).
• 20 февраля 1932 — образование Восточно-Казахстанской области с центром в Семипалатинске.
• 23 декабря 1933 — постановление ЦИК и СНК СССР «Об организации Государственной санитарной инспекции».
• 1935 — создание Всесоюзной государственной санитарной инспекции.
• 14 октября 1939 — административный центр ВКО перемещён в Усть-Каменогорск.
• 1940 — в СССР функционируют 1958 СЭС, 787 дезстанций и пунктов, 1929 малярийных учреждений.
• 1947 — создание Семипалатинского испытательного ядерного полигона.
• 1 января 1949 — преобразование Алма-Атинской противочумной станции в САНИПЧИ.
• 1957 — создание сети радиологических лабораторий в системе санэпидслужбы СССР.
• 1963 — постановление Совмина СССР «О государственном санитарном надзоре в СССР».
• 1973 — постановление Совмина СССР, расширившее полномочия санэпидслужбы.
• 29 августа 1991 — закрытие Семипалатинского полигона.
• 3 сентября 1991 — приказ Минздрава СССР № 254 «О развитии дезинфекционного дела в стране».
• 28 ноября 1991 — постановление Кабмина РК о переводе противочумной службы Казахстана в юрисдикцию МЗ РК.
• Январь 1992 — преобразование САНИПЧИ в Казахский противочумный научно-исследовательский институт (КПНИИ) МЗ РК.
• 1992 — создание Института радиационной безопасности и экологии (ИРБЭ) на базе бывшего штаба Семипалатинского полигона.
• 1994 — принят Закон РК «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».
• 1995 — Положение о ГСЭС РК (Республиканское объединение «Дезинфекция»).
• 1995-2001 — появление первых частных ТОО, специализирующихся на дезинфекции, в Казахстане.
• 2001 — переименование КПНИИ в КНЦКЗИ им. М. Айкимбаева.
• 2009 — Кодекс РК «О здоровье народа и системе здравоохранения».
• 2017 — ввод в эксплуатацию Центральной референс-лаборатории на базе бывшего Противочумного НИИ в Алматы.
• 22 сентября 2020 — создание Комитета санитарно-эпидемиологического контроля МЗ РК как самостоятельного органа.
• 29 июля 2022 — приказ МЗ РК № ҚР ДСМ-68 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и проведению дезинфекции, дезинсекции и дератизации».
• 1 января 2025 — обязательный переход к лицензиям нового образца для коммерческой дезинфекционной деятельности.

Если поставить рядом две сцены — обмывочно-дезинфекционную роту 1942 года, поливающую хлоркой шинели солдат на эвакопункте, и оператора моторного аппарата холодного тумана 2026 года, обрабатывающего двухкомнатную квартиру от клопов, — между ними кажется бездна. Разные технологии, разные экономики, разные профессии.
Но если присмотреться, преемственность очевидна. Между ними — непрерывная линия передачи знаний, протоколов, терминологии, профессиональной этики. Сертификат современного дезинфектора — это, по большому счёту, прямой потомок удостоверения санитарного инспектора 1933 года. Лицензия частной СЭС — это прямой потомок хозрасчётной дезстанции советских лет. Санитарные правила 2022 года — это прямой потомок приказа Минздрава СССР № 254 от 1991 года, который был прямым потомком Положения о ГСИ 1933 года, которое было прямым потомком декрета 1922 года.
Государство — советское, а потом казахстанское — выстраивало эту систему как ответ на конкретные угрозы: тиф, чума, холера, дифтерия, оспа, малярия, туберкулёз. Когда основные эпидемические угрозы оказались побеждены (или хотя бы поставлены под контроль), система не исчезла, потому что появились новые задачи: гигиена пищевых производств, контроль за общепитом, обработка транспорта, дезинфекция в эпоху COVID-19, борьба с резистентными к инсектицидам популяциями вредителей. Параллельно сформировался коммерческий рынок, который перенял на себя огромный объём рутинной работы, оставив государству надзор и стратегию.
История получилась длинной, рваной, со множеством героев и катастроф. Но если её свести к одной фразе, она звучит так: за сто лет общество научилось не воспринимать инфекции как стихийное бедствие — а воспринимать их как задачу, у которой есть протокол решения.
И за этим невидимым, скучноватым превращением стоят сотни тысяч санитарных врачей, эпидемиологов, дезинфекторов, лаборантов и зоологов — от Заболотного и Окуневского до сотрудника лицензированной компаний, который сегодня вечером закончит обработку очередной квартиры.